Сшитое Ноябринкой... наши руки не для скуки

[Lucky Dog]

Таня, ты Гений и Бог! Именно Бог, а не Богиня. И , слегка, Галатея...Какая же ты бездонно талантливая, и сколько в тебе еще спрятано... Как говорил мой унивеститетский профессор:" Много таинственного в природе."

[Счастливцева]

Когда вижу кукол, не могу подобрать слов, прям ступор одновременно с трепетом..:) Вот и сейчас такая неоднозначная пара, и это сердечко, и необыкновенная предыстория.. И так всё выразительно, и с сильной эмоцией, и..
Ноябринка, спасибо за удивление, эта сторона Вашего творчества меня очень тронула!:)

[afonea]

Я до сих пор под впечатлением! Какая душевная история! Счатья вам и пусть уже и не молодым родителям!))) Главное в душе быть молодым!

[Lealea]

Ну и история , ну и куклы!!! Такая тонкая работа, просто ювелирная.

[lanochka02]

Куклы обалденныве, нехватает слов, одни эмоции: ВАУ, Вау, Вау....!!!

[Djesi]

Танечка, вы просто умница куклы великолепные. Я в восторге.

[Ноябринка]

Добрый вечер, гости и завсегдатаи!
Анжелина Джоли, Shpul`ka, Jioti, Зоряночка, Mazda, Lell, Счастливцева, afonea, Lealea,
lanochka02, Djesi - так приятно читать ваши отзывы, спасибо вам за теплые слова.

 

Lucky Dog – тебе особая благодарность. Это очень высокая оценка и огромный аванс. Придется соответствовать.
Зоя, нет, не терпение. Это как с твоим куклами – однажды ты понимаешь, что НЕ МОЖЕШЬ не сделать. Они не дают тебе покоя, снятся и видятся. И вот берешь материал, инструменты, включаешь хорошую книгу, музыку или фильм… и кукла рождается сама. Легко или в муках, сразу или с пятой попытки – это уж как она сама пожелает.

 

А теперь….
Будет многабукаффф…

 

ФЕЛИЦИЯ, старая кукла.

 

Давным-давно, когда бабушка была девочкой, а мамы еще не было и в помине, на свет появилась Фелиция. Стройная блондинка с голубыми глазами, в нарядном утреннем платье, в туфельках с бантами и серебряными пряжками, она была чудо как хороша. Фелиция была куклой. У нее был покладистый мечтательный характер, поэтому она часто сидела в витрине магазина, наблюдая за облаками и птицами. Однажды ее купил пожилой мужчина и принес маленькой девочке.
- Вот тебе подружка, - сказал он внучке.
- Фелиция! – воскликнула девочка, - я знаю, ее так зовут!
Так Фелиция поселилась в детской Агриппины, на кукольной садовой скамейке. Тут было много игрушек, но Фелиция была не просто игрушкой – она была советчицей и хранительницей тайн, утешительницей и свидетельницей радостей и огорчений. Агриппина росла, а Фелиция оставалась все такой же, лишь платье слегка выцвело да волосы из ясно-белокурых стали будто седыми.
Потом Агриппина подарила куклу своей дочери, и Фелиция следила за маленькой Соней – не обидел бы кто, не наделала бы девочка ошибок. Она была доброй и умной, а уж опыта в воспитании детей ей было не занимать.
Шли годы, Фелиция уже не была нарядной новой куклой, платье ее совсем выцвело и запылилось, банты на туфлях повисли мятыми тряпочками, волосы потускнели. Дочка Сони не хотела с ней играть, у нее были другие куклы – длинноногие пышногрудые красавицы с дивным именем Барби.
- Уберу я ее на антесоли, - сказала Соня, - выбросить рука не поднимается.
И Фелиция не стала протестовать. Что ж, всему свое время. Ее судьба и так была к ней благосклонна – всю долгую кукольную жизнь она провела у любящих людей и ни одна прядка волос не была выдернута неосторожной рукой, ни одна складочка платья не порвана. Она была благодарна людям, хоть и грустила, расставаясь с привычной кукольной скамейкой. Люди не придают большого значения оставленным вещам.
…На антресолях было пыльно, душно и тесно. Множество коробок, журналов, книг, лыжи и треснувший кувшин, старинные коньки и патефон… Каждая вещь может рассказать свою историю, помнит тепло рук, хранит воспоминания о давно ушедших временах.
- Мама, давай я сама там разберу. Скоро придет машина.
- Нет, дорогая. Это мои вещи. Мои и бабушки.
Пожилая женщина присела на ступеньку стремянки, бережно держа в руках старую куклу. И вспомнила, как мама принесла ей, пятилетней, свою Фелицию.
Вечером, уже в новой квартире, Соня с дочерью шили платье Фелиции, разбирали ее спутавшиеся кудри, делали новую прическу, едва касаясь, подрисовывали губы… Бережно, нежно передавали ее из рук в руки.
- Чудо как хороша, в новом-то платье, - рассуждала дочка Сони, - будет пока жить у меня в комнате. Когда-нибудь у меня тоже будет доченька и я буду ей позволять играть с тобой. Согласна?
А Фелиция смотрела на них и улыбалась. Начиналась новая жизнь

[Ноябринка]

И вот она, Фелиция.

 

 

 

[Ноябринка]

Телефон рядом для того, чтобы можно было оценить размер куклы.
Ткань - шелк с хлопком - немного прополоскала в чае, чтобы был эффект старинной, пожелтевшей от времени. Так же поступила с кружевом.
Пуговки из шелковой нити в четыре сложения, французский узелок.
Туфельки... велюр, но смотрятся как меховые, они же крошечные. Пряжка на туфельках - нитка-люрекс.

 

Фелиция живет у меня дома.

[Shpul`ka]

Какое замечательное перерождение. И как повезло Фелиции, что её купил именно этот пожилой мужчина...
Теперь хочется фактов, Таня дочка Сони?

[Филиппа]

Волшебное всё тут сегодня у тебя - и история и кукла . Туфельки тапочки - потрясающие, такие "настоящие". И главное - душа в кукле поселившаяся и отличающая ей от покупных.
Счастлив тот дом, где живёт такая!

Изменено 31 января, 2014 пользователем Филиппа

[Inn@w]

Таня, куклотворения поражают! там где ручка на пальчике - волшебно-живая фотография, очень трогательная! Комплименты говорить даже неудобно, потому что они как живые взрослые люди, выросшие, с характером

[Ноябринка]

Какое замечательное перерождение. И как повезло Фелиции, что её купил именно этот пожилой мужчина...
Теперь хочется фактов, Таня дочка Сони?

Вы почти угадали. Только моя Фелиция утеряна, и звали ее совсем иначе. Но это немного другая история... которую я расскажу позже.

[Hellina]

Вы почти угадали. Только моя Фелиция утеряна, и звали ее совсем иначе. Но это немного другая история... которую я расскажу позже.

Заинтригована до крайности! Повесть о Фелиции- просто поэма. Андерсен отдыхает. Про работу и говорить неприлично:только торжественно помолчать созерцая ...

[Lell]

Заинтригована до крайности! Повесть о Фелиции- просто поэма. Андерсен отдыхает. Про работу и говорить неприлично:только торжественно помолчать созерцая ...

 

+1000 !

[impel]

Танюша.....слов нет.....
Как живая....
Молодчина ты!!!!!!

[Женя Криворучко]

Танюша, это волшебство! Сказочное волшебство, а ты-фея крестная! Куклы потрясающие и... Живые!!!!!

[umana]

Танюша, такое волшебство душевное! Еще-еще хотим сказочку!!!

[Elenko]

У меня слов нет...
Одни чувства.

[Rain]

Таня, ты действительно фея-волшебница. Так проработаны все детали и личико с выражением, а ведь куколка очень небольшая, как я понимаю. Очень-очень хорошо получилось.

[Vetag]

Фелиция просто чудо!
а взор какой...
а ножки....
прелесть!

[OlgaLosss]

Читала про Фелицию и почему-то расплакалась в конце. То ли от грусти, что время идет и жизнь проходит, то ли от счастья, что началась новая жизнь у маленького создания. Очень тронул ваш рассказ! А Фелиция чудесная!

[Ноябринка]

Спасибо, девочки.
Не правда ли, мы все девочки в душе, независимо от даты в паспорте и наличия морщинок на лице?

 

OlgaLosss - Олечка, отзыв очень тронул. Спасибо.

[Gemchugina]

Оборочки на сером платье готовые - тоненький трикотаж как основа, и на нем оборки. Вот основа мне не очень понравилась - слабенькая, нестабильная. Сильно резать я бы поостереглась.

Таня, здравствуйте. Вот забрела к Вам в темку. Я тоже Таня, и ко мне тоже можно и нужно на "ты". Читать буду у Вас все. Интересно очень!!!!!!!!!!!!!!
Только начала, и сразу остановилась на сером платьице. У меня из такой ткани, как юбка на платье, юбочка сшита. Надо же - и страны уже разные, и края разные, а тканюшки-то одинаковые, и люди те же - добрые, приветливые, радушные!!! Я свою юбку на заказ шила. Носила мало... Но все равно люблю ее, вот и висит в шкафу. Просто сама еще в 2011 году не шила, не было машинки.

[Ноябринка]

Таня-Жемчужина, здравствуйте!
Рада Вас видеть у себя в гостях. Заходите и читайте, а я по мере возможности буду темку дополнять.

 

Мастером не рождаются. Мастером становятся. Это всем известно.
….Мне повезло – у меня были Учителя. Семена Иосифовича уже нет в живых – вечная ему память. А Исаак Матвеевич здравствует до сего дня и дай ему Бог доброго здоровья. Я помню не только их лица, имена и фамилии, я помню их руки. И рассказы.
Вы думаете, портные это ремесленники? О нет, не так все просто! Это особая каста, особый склад ума … А уж еврейский портной – высокий ранг, если позволите.
В полутемной тесной мастерской на столе, поджав ноги, сидел старый портной. На коленях лежало очередное будущее платье. Которое по счету за его долгую портновскую жизнь? Щурились подслеповатые глаза, мерно сновала игла, пальцы перебирали нежную ткань. Соломон Израильч шил с девяти лет, когда мать привела его за руку в полуподвальчик и сказала: «Помни, в дом ремесленника голод не заглядывает. Будешь тут. Пока жив род человеческий, ему надо прикрывать наготу, а значит, портной всегда при деле. »
Его отец был портным, отец отца был портным, и дед его деда тоже шил одежду. Для работы мало надо – набор иголок, ножницы да наперсток. Портновское ремесло – достойное ремесло, всегда прокормишь себя и семью. Хутор ли в три двора, на войне ли, пропасть не даст. Так его учили, и так он думал теперь.
Его знал весь город, и он знал весь город. Он был не просто портным, он был Мастером. Очередь к Соломону Израильчу была длиннее, чем в Мавзолей. Клиентов он выбирал причудливо – «вам, мадам, шить неинтерЭсно., полета нет». Кому хотел – шил, кому не хотел – никакими уговорами не поможешь. Рассказывая о своих клиентах и о стаже, он многозначительно поднимал вверх длинный мозолистый палец и говорил:
- Если бы я жил в те времена, то шил бы самому Дюку!
Но больше всего он любил шить дамам. Да-да, он так и говорил – дамам. Казалось, что это слово он произносил с большой буквы. Неудачные одежды называл гробом для красоты, а по его мнению все женщины прекрасны, просто портные бывают неопытными.
- Что будем шить, мадам?
- Хотелось бы платье.
- Талия и бюст – свои или наши?
И он делал и талию, и бюст, и длинные ноги, и лебединую шею.
Крупные руки одинаково ловко управлялись с невероятным тончайшим шифоном, шуршащей тафтой, переливчатым бархатом, упругим бостоном… и его Дамы уходили от него счастливыми.

 

На Седьмой авеню в Нью-Йорке, которую называют еще «модной улицей», стоит памятник еврею-портному - одному из тех, кто своим трудом создавал богатство города. Пожилой тщедушный человек в кипе, согнувшийся над швейной машинкой... Памятник так и называется — A Idisher Shneider. Будете в Нью-Йорке – поклонитесь ему от меня.